В начале сентября 47News подвел общие итоги 100 дней губернатора Дрозденко. И хотя, как показывает опрос на нашей главной странице, 100 дней – не срок, события лета и начала осени позволяют сделать первые выводы о том, как новая команда управляет Ленинградской областью. Обозреватель 47News проанализировал успехи и неудачи на политическом фронте новой команды и пришел к выводу, что губернатору есть над чем поработать.

Власть в поисках равновесия

Словосочетание "внутренняя политика" стало за последний год истинной головной болью для представителей власти всех уровней. 2011 год — как водораздел между понятным и уже ностальгически вспоминаемым многими политическим "до" и  достаточно непредсказуемым "после".

При Валерии Сердюкове эта политика полностью соответствовала его стилистике и его позиции "над схваткой". Основной его принцип был прост, но достаточно результативен – "всё равно все придут договариваться со мной". Этому способствовала и его равноудаленность от основных бизнес-групп региона.  Ситуация контролировалась Сердюковым на уровне глав администраций районов. Ответственность за устойчивость власти на первом муниципальном уровне падала уже на них. И хотя там своих местных коллизий (посёлок Свердлова, Токсово, Виллози, Рахья и т.д.) было предостаточно, область всерьёз в них не влезала.

Муниципальный тренд на выборах был достаточно спокойный: выбирались списки, представленные администрациями, а квазиполитическая борьба возникала там, где какие-либо представители местных элит не приходили к консенсусу, но на ситуацию в области, пожалуй, за исключением Всеволожского района, это сильно не влияло.

Картина стала меняться лишь в 2011 году, когда общефедеральная тенденция падения доверия к власти и желания обновления в политической жизни наложилась на скрытое, но весьма активное противостояние между Сердюковым и поддерживающей его частью областной элиты с областным лидером "Единой России" Худилайненом и его сторонниками. В результате заксовские и думские выборы закончились практически поражением "Единой России".

Вообще думские выборы и последующие за ними события привели к тому, что внимание всей властной вертикали к вопросу поддержания устойчивости власти резко повысилось. Реформировалось управление внутренней политики администрации президента, термины "политическое планирование", "мониторинг социальных процессов" из лексикона политтехнологов уверенно стали переходить в словарный запас чиновников президентской администрации, регионы обязали ввести должность вице-губернаторов по внутренней политике, которых стали регулярно вызывать на совещания в Москву и требовать детального владения информацией о настроениях в субъектах.

Текущее же состояние дел в Ленинградской области по истечении даже короткого срока управления команды Дрозденко позволяет говорить о наличии целого ряда определенных политических рисков в регионе. Часть из них вызваны причинами объективными и в значительно меньшей степени зависит от действий региональных властей. Прежде всего, к ним можно отнести продолжающееся в федеральном масштабе падение уровня доверия к власти и сохранение сильно выраженного запроса населения на обновление политических элит.

Появление в области нового губернатора, безусловно, можно оценивать как позитивный фактор обновления, однако в сфере муниципальной власти остается еще очень много вопросов.

Кругом враги и иностранные агенты

К этой же группе рисков можно отнести и существующую сейчас на федеральном уровне тенденцию к закручиванию гаек в общественной жизни, к попыткам представить любую критику власти следствием некоего внешнего заговора, а также  фактическую поддержку агрессивного вмешательства церкви в государственную идеологию. При этом крайне распространенной становится полная подмена понятий – "не поддерживаешь политику верхушки РПЦ – изменяешь Родине". "Выступаешь за смягчение приговора трём дурам – сторонник мусульманизации России и нелегальной миграции". "Борешься с коррупцией во власти – иностранный агент".

Такая политика начинает отталкивать от власти многих думающих людей, даже государственников по природе — сторонников сильного, но современного и разумного государства. Как можно совместить одновременно призыв к модернизации, созданию 25 миллионов современных рабочих мест, развитию высоких технологий и одобрение самых архаичных форм патриотизма и религиозности — им становится непонятно.

Еще одна группа объективных рисков связана с реальной возможностью очередного этапа экономического кризиса и заявленными в федеральном бюджетном послании возможными сокращениями расходов на социальные нужды – медицину, образование, социальную помощь. Сюда же можно отнести перманентные проблемы с пенсионной реформой. Это может вызвать, прежде всего, недовольство среди бюджетников, влияние которых в области, пожалуй, больше, чем в городе.

Национальный вопрос, к сожалению, тоже объективен, так как отсутствие последовательной  внятной и жесткой федеральной миграционной политики в сочетании с большими объемами подходящей мигрантам работы в области — от садоводств до птицефабрик, и их социальной заброшенностью не может не приводить к постоянным локальным конфликтам, наподобие истории в посёлке Победа.

Еще одна проблема, о которой пока мало говорят – накопление недовольства мигрантами вследствие поведенческих этнокультурных различий при компактном проживании рядом. Нежелание даже легальных мигрантов учитывать присущие нашему региону нормы поведения может спровоцировать взрыв там, где и не ждали.

Внутренняя политика. Интриги и риски

А теперь о субъективных рисках, присущих 47 региону. Мы уже писали, что новый губернатор пришел на свой пост практически без собственной команды, его правительство во многом состоит из представителей различных финансово-промышленных групп региона. Губернатору в этой ситуации необходимо не только объединить их, но и на первых порах не дать усилиться какому-либо крылу, чтоб не оказаться генералом без армии.

По мнению многих экспертов, давно наблюдающих за политической жизнью Ленинградской области, именно этим желанием соблюсти равновесие объясняются два не вполне очевидных кадровых назначения, случившиеся в последнее время.  Сенатором стал тихвинский глава Игорь Фомин, причем его назначение состоялось практически сразу после регистрации Валерия Сердюкова на муниципальных выборах в Выборгском районе. А на прошлой неделе лидером областной "Единой России" при молчаливом согласии губернатора стал не хорошо известный и уважаемый во властных кругах области кировский глава Николай Емельянов, а человек для региона достаточно новый, депутат ЗакСа Владимир Петров.

В кулуарах прошедшей партийной конференции эти события многие увязывали между собой и их причиной называли только одно – близость в настоящий момент и Сердюкова, и Емельянова к бизнес- и политическим кругам, связанным с сенатором Молчановым и выборгским деловым сообществом. Выбор был сделан в пользу менее опытных, но и менее ангажированных политических фигур. Этот неоднозначный расклад внутри правительства пытается использовать и всеволожский глава Александр Соболенко, стараясь, по мнению ряда источников, достичь соглашения с той же группой с целью остаться на своем посту в условиях сильного давления правоохранительных органов.

Таким образом, субъективный внутриполитический риск номер один – отсутствие в настоящий момент единства по внутриполитическим вопросам в команде губернатора.

Риск номер два – ясно выраженное желание рассматривать в качестве точки отсчета в оценке ситуации в регионе результаты президентских, а не думских выборов. Это ошибка, которая позволяет думать, что жесткими конфронтационными методами ведения кампаний и борьбы с политическими противниками можно добиться серьезного успеха. Президентские выборы были предельно персонифицированы, и реальная оппозиция Путину отсутствовала. На муниципальных выборах всё будет не так, а методика может остаться прежней и не дать желаемого для власти результата. О предпочтениях такого силового подхода говорят и кадровые назначения в сфере внутренней политики.

Риск номер три – сложности в муниципальном управлении на местах на первом и втором уровне. Внутримуниципальные конфликты, регулярно распускаемые советы, зачастую неэффективное управление в администрациях первого уровня, которые являются для населения реальным лицом власти. Возможная реформа МСУ в области слияния и поглощения муниципалитетов требует серьезной аналитики и подбора кадров, тщательного мониторинга настроений в различных аудиториях.  Пока этих инструментов в распоряжении власти не видно. Кроме того, многие главы уже благополучно забыли свои конспекты Ленина в институтах, а многие вообще не читали письмо к Бухарину и Троцкому, в котором изложена тривиальная, но вечно живая истина: "Если ты будешь требовать от окружающих тебя людей полной покорности, в итоге ты будешь окружен одними дураками".

И, наконец, риск номер четыре, вероятно объективно вытекающий их первых трех. В сфере внутренней политики Дрозденко все пытается сделать сам. Он встречается с депутатами в Ломоносове, лоббируя кандидатуру Козьминых, и собирается с той же целью ехать в Лугу. Он сам ездил во Всеволожск на встречу с жителями и рассчитывает только на себя в надежде разрешить тамошние проблемы управления. Безусловно, такая активность достойна высокой оценки, однако в ручном режиме управлять постоянно невозможно.

По всей видимости, у губернатора сейчас есть только один результативный союзник в этой области – прокурор области Герман Штадлер, который обосновывает снятие Устинова и добивается его. Ищет доказательства на Соболенко и, возможно, найдет. Однако на всю область управленческих усилий двух людей может и не хватить. Нужна система .

Правда, за 100 дней её удавалось выстроить "с нуля" немногим, но альтернативы её быстрому строительству для губернатора нет, иначе все новые ошибки могут стать несовместимыми с устойчивым развитием региона.

Сергей Загладин,
обозреватель 47News