Совет Федераций еще не принял отставку сенатора от ЗакСа Молчанова, а в Ленобласти это считается фактом свершившимся. В официальной повестке дня областного парламента пока не прописан час нового старта, однако, кулуарно новые кандидаты лениво обсуждаются. 47News решил кратко пройтись по истории областного сенаторства. Ведь мы часто литературу в школе проходим, а не читаем.

Основная интрига, как правило, во всех регионах России разворачивается вокруг персон сенаторов от законодательных собраний. Кандидатуры от губернатора менее интересны. Их утверждают в столице, делая вид, что согласовывают в полпредствах и ниже.

Несмотря на то, что подавляющая часть россиян с трудом может сформулировать, чем в Совете Федераций занимаются вообще, слово сенатор наполнено пафосом. В конце концов, журналистам нравится его употреблять. Существительное добавляет серьезности в текст.

Что касается области имени Ленина, то история сенаторства здесь начинается не 12 декабря 1993 года, когда в буржуазной России состоялись первые выборы в Верхнюю палату. Период с 1993 по 2002 год можно смело назвать родовым бытом. Что-то происходило, без этого не могло быть сегодняшнего, но разбираются лишь археологи.

Тем не менее, право завидовать сеаторам их тяжелой государственной ноше нас не покидает.

Тусовка вокруг

Конечно и в начале нулевых фигура сенатора сама по себе никакой глобальной политической игры не вела, однако тусовка вокруг нее во время борьбы за кресло стала важной составляющей депутатской жизни.

Все началось с Альфреда Коха. С Коха началась и парламентская жизнь Ленобласти. До этого всех решальщиков интересовал только город Петра.

Когда же по факту своей политической карьеры Кох заходил на сенатора, тогда и появились первые серьезные лоббисты. Игра пошла вне зала, ЗакС только фиксировал. Главное, что не даром. В те годы и всплыло имя Александра Сабадаша. Отечественные киноленты порой точно отражали происходящее. Так знаменитая фраза из кинофильма "Воры в законе" - "Ты его сделал сегодня, потому что я его сделал вчера" - ложится на эту новеллу.

Кох недолго ничего не делал в Сенате. Через пару месяцев после февраля 2002 года он добровольно исчез. Его к этому подтолкнул Центр.

Власть тогда только крепла, она не готова была к договоренностям за ширмой, поэтому если бы Кох не сдал полномочия, то 100 процентов бы остался. Это после Кремль изобрел силовиков и против лома не стало приема, а тогда сила была на стороне элит и кукловодов с их потайными понятиями.

Все же при всем уважении к почину, на нобелевскую премию по изворотливости эта серия не тянула.

Сегодня этот мощный отец русской демократии скорее жалеет. Он рефлексирует в блогах сайта "Эхо Москвы". После событий на Болотной, Кох от имени организованного политического сообщества Чубайса напоминает, мол, он все знает, вы спросите – Кох подскажет.

Внезапный бутерброд

Но период Коха не прошел даром. Депутаты поняли чего они стоят в игре. В ЗакСе появились деньги, и стало понятно, что работа в ЗакСе может давать результат – и бутерброд, и амбиции.

Именно благодаря внезапно открывшемуся пониманию на следующие выборы в ЗакС потянулись те, кто и думать-то об области брезговал. Именно тогда стал избранником "тамбовский" авторитет Андрей Рыбкин; недалеко от его патрона находился и Нелидов; пока просто сын – Кирилл Поляков; новый русский из Соснового Бора – Григорий Нагинский.

Это ничего, что некоторые новые даже не трудились доехать до своих избирателей. За них на земле работали выборщики – полубратва. Простые провинциальные лица депутатов обыкновенных с птицефабрик начали смущать. В тренде пошли модные машины, их номера, статус, корочки, терки с первыми лицами.

"Даже энергическая езда на почтовых – и та неизбежно должна была оказывать известную долю влияния, укрепляя обывательский дух примерами лошадиной бодрости" - эти слова Салтыкова-Щедрина подходят к описываемым событиям.

Облако Газпрома

За Кохом на год пришел Валерий Голубев. Время его сенаторства оказался бесцветным. В феврале 2003 года начался набор в Газпром, и Голубев исчезает в облаках будущего всего. Он зашел по праву Владимира Владимировича и ушел по его же воле. У солдат мнения не спрашивают. Чтоб мы так жили.

Невзрачность Голубева сыграла злую шутку с профессорами подледных сделок. В лобби-барах было столь шумно от прочих тем, что ключевые игроки его уход пропустили, чем воспользовался Дамир Шадаев в июне 2003 года.

Если Голубева можно сравнить с Грустиловым из "Истории одного города", то Шадаева - с Перехват-Залихватским. Шадаев был способен и гимназию сжечь, и упразднить науки.

Бюро пропусков

Эта серия вновь меняет ЗакС. Шадаев богат, умен, хорошо говорит, с норовом. Так блестит, что на смотринах в известном офисе Сабадаша на Мойке был отторгнут именно благодаря ярким личным качествам. А нужен был человек попокладистей. Но пока старшие смотрели на себя в зеркало, как на вершителей, Шадаев взял и сам проскочил через ЗакС.

Все подпольщики, так и обалдели. Но тогда еще была жива процедура утверждения кандидатуры в Совете Федераций. Вертикаль крепла, и Шадаева остановили.

А в это время (как это обычно рассказывается в мультфильмах о разбойниках) Виктор Петрович Иванов, сидевший на кадрах империи, решил завести на сенаторство дальнего родственника своей жены – Чурова. Последний работал по международным делам в правительстве Петербурга и знали о нем лишь в бюро пропусков Смольного.

За Чурова встал и Сабадаш. Не столько из-за предвидения будущих грандиозных викторий на выборах, сколько из-за того, что за Чурова ему было обещано немножко помощи в его противостоянии с набиравшим оборотом Сечиным. Но, невзирая на фамилии, несмотря на независимость судебной власти, Шадаев стоял.

Работали, пыхтели все, вплоть до участковых. Рушились договоренности. А Шадаев: "Не уйду и точка".

Выпавшая доля

Потом дошло: ведь сами же выстроили мир, где только бабло побеждает зло. Вот и нашли Григория Нагинского, раздобревшего на эксклюзивном строительстве атомной станции в Сосновом Бору. Богат, как купец Савва Морозов, а славы нет. Нагинский смекнул, разбудил в себе амбиции, тупо за снос Шадаева платить депутатам не стал, заплатил за себя и стал сенатором.

Все честно. Сентябрь 2003-го.

Вновь Виктор Иванов недоволен. Договаривались же о Чурове. Но оплаченные парламентарии стояли, как камни. Чурова жалко, хоть нормален, как десятый номер калош.

Нагинский распорядился инвестициями грамотно. Он удовлетворял нужды других и рос сам. Уже тогда сошелся с будущим министром обороны Сердюковым, Нелидов оформил его заместителем регионального политсовета "Единой России", а это был самый пик партии. Его земляк по Сосновому Бору Воронин заведовал тогда всей Службой экономической безопасности ФСБ.

Карьера с большой буквы.

Его компания "Титан" в пятерке первых по России по освоению бюджетных средств. Хороший пример, как человек реализовал все удачи, выпавшие ему на долю.

Полномочия лояльности

В январе 2010 сенаторство Нагинскому уже было не к чему.

Тут обязательно надо подчеркнуть, что большинство участников испытали удовлетворение и от самих состязаний.

Вновь настал спад имени Валерия Сердюкова. Так никто уже не помнит следующего сенатора - ректора Валерия Скворцова. Но он был, хотя его фамилию никто даже не выговаривал. При этом сенатором от губернатора был Андрей Молчанов. Но с отставкой губернатора Сердюкова обнулились и полномочия сенатора от губернатора.

Но сенаторское кресло не должно заканчиваться, иначе может укоротиться лояльность власти к бизнесу.

В декабре 2011 Молчанов становится членом Совета Федераций от ЗакСа. По сравнению с предыдущим Скворцовым – это игра, как в Лас Вегасе.

Предвестник

Когда же в шорт лист на лавры следующего губернатора попали Худилайнен, Молчанов и Дрозденко, то 90 процентов были уверены не в Дрозденко.

Дальше проще – назначили Дрозденко. Царь – царем, а внизу все должно быть гладко – ЗакС все же утверждает. Ведь там, где Путин ставит точку, там все и начинается.

Обошлось.

С тех пор прошел год, все себя проявили и сегодня ситуация с сенаторством может явиться предвестником новой интриги.

Во-первых, потому что процедура в областном парламенте допускает любое развитие – набрать-то надо 26 голосов. Конечно, в "Единой России" - 32 штыка, но это далеко не фаланга Македонского. Сегодня ЕдРо показала плюрализм – вспомним истории голосования по бюджету, ту же историю с депутатом Ворнавских.

Никто не отменял и новый устав партии власти, где в данном случае на расширенный региональный политсовет необходимо выдвинуть минимум два кандидата, после чего они, пройдя тайное голосование, отправляются на утверждение президиума генсовета.

На расширенном политсовете возможны разночтения: говорят, что антипетелинские настроения высоки, есть заслуженные люди, также как депутат Хабаров, не удовлетворенный Ворнавских, сам секретарь Владимир Петров без статуса.

Пренебрежение этим - нарушение устава. А в партии и сам Дрозденко.

 Не орден меченосцев, а планы сбить могут.

К тому же в прошедший День космонавтики ЗакС ввел новый раздел в регламент на внеочередном заседании – теперь можно кандидатуры сенатора выставлять и от всех фракций и группой в одну пятую от парламента (ранее это могла сделать лишь треть и сам спикер).   

Будто прицеливаются, зная, что у губернатора с внутренней политикой, как на Кипре с нефтью.

Мотиваций может возникнуть достаточно: отомстить, себя показать, заработать тоже никто не отменял, раззадорить, заискрить.

Многовариантность

Уже не те времена, когда схватка становится скандалом на весь мир. Наоборот ее ждут. Надоела усталость в тылу без побед и поражений на фронтах. Сами страдают от упрощенности мысли и основного инстинкта гражданского долга – беречь шкуру.

Как в свое время, когда физики не могли описать местоположение  электрона, находящегося одновременно в разных местах, возникла квантовая теория.

В нашем случае мы можем нарваться на любопытную практику.

Евгений Вышенков, 47News